«Хлопки» вместо взрывов, «задымление» вместо пожаров, «отрицательный рост» вместо падения. Этим летом благодаря ситуации в Крыму российский манипулятивный «новояз» пополнился эвфемизмами. «Хаотичное подорожание закончилось. Цены скорректировались со 180 до 130 тысяч за квадратный метр. Крымское жильё становится доступнее», — так комментируют ситуацию на рынке недвижимости эксперты в пропагандистских медиа. Об обвале рынка предпочитают не говорить вслух даже рядовые агенты риелторских компаний. Но шёпотом, на кухне называют ситуацию катастрофической.

‍«Я с весны ничего не продал. Новостройки уже фактически по себестоимости отдают — а покупателей нет. У нас же раньше “материковые” (россияне — Ред.) всё ещё на этапе котлована скупали, чтобы потом в аренду сдавать. Сейчас так же дружно бросились продавать, уже как вторичку — а кому? Туристов нет, света нет, воды нет, прилёты есть. Стоят два новых дома в 10 минутах от моря по 10 миллионов — и никому они не нужны. Хозяин их весной по 14 хотел продавать, потом до 12,5 опустил, теперь 9 999 000 — и даже на просмотры никто не приезжает», — сетует риелтор из Кезлева (Евпатории) Сейран.

В приморских регионах пик цен на недвижимость всегда совпадал с курортным сезоном. Состоятельные туристы совмещали отдых с инвестициями. В этом году не сложилось ни с тем, ни с другим. Российская пропаганда в присущем ей «поиске позитива» рассказывает о «стабилизации рынка» и «структурной трансформации» — мол, наконец жильё в Крыму будут покупать не москвичи, а сами крымчане. Предприниматель из Джанкоя Арсен на вопрос, не хотел бы он воспользоваться случаем и приобрести недвижимость у моря, реагирует саркастически.

‍«Действительно, когда, как не сейчас, очень удачный момент, поеду позагораю. А если серьёзно, то я сейчас каждый литр топлива для генераторов считаю. Каждая новая закупка — проблема. Продавцам зарплату заплатить — проблема. Жена просит деньги, чтобы детей к школе собрать, а у меня тупо нет. Может, и правда сбежать от всего этого в домик у моря?» — иронизирует джанкоец.

«Всё уже было, и всё ещё будет» — пытаются успокоить себя и клиентов риелторы. Те, кто работает давно, помнят, как взлетели цены в 2006–2007 годах и резко упали из-за кризиса в конце 2008-го. Как в первые годы оккупации россияне скупали жильё у моря, «не глядя», и как цены поползли вниз во время пандемии ковида в 2020-м. Как в начале полномасштабного вторжения рынок снова ожил, потому что Крым стал одним из немногих курортных мест, куда россиянам было разрешено въезжать. Галина Антоновна, пенсионерка из Ялты, не может себе простить, что не продала тогда свою квартиру в центре города.

‍«У меня дочь с детьми ещё в 2022-м уехала из Харькова в Великобританию. Она маркетолог, английский у неё ещё до переезда был хороший, так что работу быстро нашла, всё у неё хорошо. И она всё это время уговаривает меня переехать к ней. Я сначала думала, что СВО ненадолго, потом смотрю — ничего не заканчивается, а внуки без меня растут. Но я же не могу туда бедной родственницей ехать и сидеть у дочери на шее, решила всё-таки продавать свою квартиру. И вот знаете, как говорят, “жадность фраера сгубила”. Одиннадцать миллионов мне за мою хрущёвку давали, а сейчас за восемь продать не могу. А недавно в новостройку неподалёку дрон прилетел. Стою ночью на балконе, смотрю, как оно горит, и думаю: господи, уже бы за любые деньги продать и мотать отсюда как можно скорее», — говорит 69-летняя крымчанка.

‍