Продолжаем знакомить читателей со структурой Меджлиса крымскотатарского народа и расстановкой сил внутри него. Начало информационного сериала здесь, продолжение здесь. 

Формально компетенция 6 Курултая крымскотатарского народа закончилась в ноябре 2018 года. Тогда же истек срок полномочий избранного им Меджлиса. До полномасштабной войны попытки собрать Курултай были как на украинском материке, так и (по инициативе оккупантов) в Крыму. По регламенту Курултая потребовать созыва внеочередной сессии может треть его состава при одобрении Меджлиса. А присутствовать на заседании - не менее двух третей делегатов. Ни киевские, ни крымские инициаторы не заручились поддержкой даже половины. 

В Крыму удалось собрать 90 подписей из 248, но Меджлис не одобрил и попытался собрать Курултай в Киеве. В украинской столице картина к ноябрю 2018-года выглядела так: 75 делегатов осмелились приехать с оккупированного полуострова (30,2% от общего состава); 18 делегатов были признаны российскими коллаборантами (7,2%); 6 делегатов на протяжении 2014-2018 годов умерли (2,4%); 149 делегатов (60%) не поддержали киевскую инициативу, хотя и не пошли на сотрудничество с российскими коллаборантами.

Прошло еще 8 лет, и новой расстановки сил не знает никто. Коллаборантов не стало больше, но количество людей, способных приехать на украинский материк, уменьшилось в разы. Поэтому сейчас никто даже не пытается повторно инициировать созыв Курултая. Все придерживаются неписаной нормы - полномочия предыдущего состава делегатов прекращаются после присяги новоизбранных. А значит все нынешние избранники сохраняют свои мандаты до момента, когда такие выборы станут возможны.

Комсомол сказал “Надо” - аксакалы сказали “Йох”

В 2021 крымскотатарские молодые активисты из нескольких общественных организаций громко потребовали проведения электронных выборов нового Курултая с возможностью участия в них жителей оккупированного Крыма. Несколько встреч на тему электоральной диджитализации прошли в киевском офисе Меджлиса за несколько месяцев до полномасштабного вторжения РФ. “Комсомольцев” явно воодушевило заработавшее в 2020 году приложение “Дія - государство в смартфоне”. Но в России в сентябре 2021 года разгорелся скандал с фальсификацией результатов электронных выборов в Московскую городскую думу. А в Украине, начиная с января 2022 года, регулярно возникали волны слухов об утечке данных из “Дії”. Поэтому идея голосования за новый состав Курултая с помощью современных технологий умерла, а ее инициаторы предпочитают об этом больше не вспоминать.

Объединенные крымскотатарские эмираты

В 2024 году крымские татары пережили психологическую границу - 10 лет оккупации Крыма. Политики на этот момент прожили почти 11 лет без выборов, и крымскотатарский “комсомол” разродился новой идеей - усилить национальные институты общественными и(или) молодежными советами. На этот раз идея амбициозной поросли не встретила отторжения у старого поколения. Глава Меджлиса Рефат Чубаров публично объявил о сборе предложений и даже провел на эту тему несколько совещаний. Предложение о создании общественных советов поддержал и нынешний внутримеджлисовский оппозиционер Эскендер Бариев. По его мнению, управления Меджлиса могли бы усилить новички из общественных советов. Сейчас таких управлений одиннадцать, многие находятся в состоянии комы, и возглавлять их могут только действительные члены Меджлиса, которых нельзя переизбрать. Таким образом аксакалы сохранили бы кресла, но активизировались в окружении конкурирующей молодежи. Если идея Бариева будет воплощена, Меджлис превратится в симбиоз из 11 политических управлений-эмиратов с небольшими избираемыми свитами, но с постоянными эмирами и монархом во главе.

По сути речь идет о децентрализации работы Меджлиса и усилении каждого отдельного его члена.

Общественные советы стали в Украине популярной площадкой для активистов, непарламентских партий и журналистов. У общества появилось ощущение контроля за министерствами. Речь идет прежде всего о структурах, руководители которых назначаются и принимают единоличные решения в виде приказов. 

Но как может повлиять избираемый общественный совет при избранном органе, который не может быть переизбран? Второй неприятный, но важный вопрос: что будет с Меджлисом, если оккупация Крыма продлится, например, еще 12 лет? Если сейчас любые решения представительного органа могут считаться легитимными хотя бы в силу численного превосходства тех, кто не пошел на сотрудничество с Москвой, то через 12 лет может  не остаться многих из тех, кто был избран в 2013, в силу естественных причин… Да продлит Аллах их дни…

‍